Мать и сын

Сразу скажу, что не люблю фантастику, не смотрю подобные фильмы, не читаю подобные книги. Но, просматривая совместные воплощения с сыном, как правило, попадаю в какие-то иные цивилизации.

Очень трудно описать то, что там видишь. Поскольку даже описание тех существ не поддается нашему языку. Но не это главное. Главное – цель просмотра и его итог. Чтобы понять ЭТУ жизнь и исцелить то, что можно  исцелить.

Что я совершила такого, что притянуло ко мне проблему с сыном в этой жизни?

Это мой запрос, с которым я иду в сеанс.

Но сначала рассматриваю эту жизнь. Ищу тот момент, который меня на сегодня больше всего цепляет.

Когда я сажусь заниматься чем-то своим, сын, который до этого не беспокоил меня, вдруг начинает мешать мне, злиться, нервничать, и в итоге ничего не дает мне делать. Как только я сворачиваю свои дела, он отстает от меня, находит себе какое-то занятие и больше меня не тревожит. Я же остаюсь в состоянии невозможности изменить эту ситуацию. И что-либо делать мне приходится не тогда, когда я хочу, а когда он спит, с тревогой, чтобы не помешал.

И я никогда не могу расслабиться. Внутри меня как будто какой-то барьер на уровне грудной клетки, как плоская и тонкая пластина толщиной с лист металла, по качеству как камень отшлифованный, очень прочная, от которой отталкивается состояние спокойствия и расслабления и внутрь меня не доходит никогда.

Я рассматриваю еще ряд подобных ситуаций, более ранних, и ищу тот момент, когда я в первый раз почувствовала эту пластину внутри себя, перекрывающую мне состояние спокойствия и душевного равновесия.

Появление пластины в этой жизни.

И попадаю в момент рождения своего сына. Я смотрю, что он, во время своего рождения, как будто поставил мне эту заслонку и отгородил меня от всего мира. От людей, от всей жизни, от всего, что было до него. Был доступ к людям, у людей ко мне. А тут теперь стоит заслонка. Нет никому ко мне доступа. Эта заслонка всех отталкивает от меня. Я хожу теперь, как со щитом на себе. Стоит пластина от горла и до солнечного сплетения – квадрат в груди. Как мраморный, но не белый.

Вижу, как эта плита-заслонка появилась в самый момент его рождения. Ребенок рождается, а эта плита выдвигается на меня. Ребенок – вниз, заслонка – вверх. Она, как будто, открыла проход ему для рождения. Появилась в момент родов. И так она во мне и осталась.

Я чувствую ее движение внутри. Она перекрывает мои чувства. Она мне мешает. Она перекрывает половину моего тела, как люком зеленовато-мраморного цвета. Даже в плечи упирается.

Я в жизни ее, конечно, не замечаю, но в сеансе вижу, что она с этого момента — момента родов, все время со мной.

Смотрю, как появляясь, эта заслонка отгораживает меня от моего ребенка. Она не дает моим чувствам выйти. Мою связь с ребенком она перекрывает. Я беру ребенка на руки и смотрю на него как бы со стороны, и не чувствую того, что я, казалось бы, должна чувствовать. Мне что-то мешает. Я хочу испытать эту связь между нами, смотрю на маленького сына и даже начинаю себя убеждать, что это ведь мой ребенок, я родила, вот такой вот он… Но ничего не чувствую.

Я смотрю на тех, кто со мной в палате. Я вижу, что у них есть какая-то обоюдная связь с детьми, которой нет у меня. Я у себя ее не вижу. Я перепеленываю сына, я не вижу номерка на его ручке, и у меня возникает ощущение, что мне принесли не моего ребенка.

У меня нет с ним связи, какая должна быть при рождении. Нет чувства матери, что это ее ребенок. И даже появляются сомнения, мой ли это ребенок. Я не могу его почувствовать. Меня это очень тяготит, и я хочу пробить то, что мне мешает, чтобы появилась эта связь с сыном, но я никак не могу ее испытать. Мне от этого очень тяжело.

И ребенок не получает эту связь от меня. Он ее не получает. Он равнодушный. У меня ощущение, что он равнодушен ко мне, потому что от меня ничего не идет к нему. И потому, ему тоже нечего дать мне, ведь он меня не чувствует.

Наша с ним связь находится за этой стенкой-заслонкой внутри меня и не дает ей выйти наружу. И все это пространство от меня до моего сына – оно пусто между нами. Он не чувствует, что я его мать. Он не чувствует любви никакой от меня. У него ощущение, что он один. Он родился и он ничей.

Он видит эту связь между другими мамами и их детьми. А он один. У него нет этой ниточки, которая связывает его с мамой, и которую он видит там. Он ищет, где эта нить его матери. А ее нет. И у него чувство брошенности, одиночества изначального. Чувство, что он предан кем-то, не нужен никому, брошен. К нему никто эту ниточку не тянет. Ему очень хочется. Вначале он плачет. Ему так хочется! А потом он замыкается в себе. Он видит, что этого нет. И он становится холодным, бесчувственным.

Он загоняет внутрь свои эмоции. Потому что он ждет, ждет, а ничего нет.

Сразу оговорюсь, что все это я вижу и чувствую во время сеанса. В жизни мы этих вещей просто не замечаем. Лишь прислушавшись к себе изнутри, заглянув в глубины подсознания, мы начинаем понимать, что мы испытывали в тот или иной момент на самом деле. Именно поэтому сеансы регрессии настолько эффективны.

Неизвестная планета

Теперь я готова идти в прошлую жизнь. Моя внутренняя память знает, куда меня вести, чтобы пояснить волнующую меня ситуацию.

Далее я буду писать так, как произносила это во время сеанса. Поскольку некоторые вещи очень трудно поддаются описанию.

«Такое ощущение, что мы на какой-то другой планете…

Там какие-то человечки такие, как острыми углами все. Такие интересные. Всё заостренное какое-то. Они что-то там делают – делают… Их много. Что-то они суетятся. Как муравейник мне напоминает. Как муравьи, по суете такой. Что-то они как строят…

Они небольшие. Как металлические, все острыми углами. Что-то они строят… Какое-то здание. Таскают какие-то камушки. Как плиты какие-то таскают, маленькие плиточки такие. Плоские плиточки… Не как кирпич, а плиточка. И они их укладывают друг на друга. Как кирпичи, но они тонкие и получается широкая стенка из тонких-тонких плиточек.

Себя я пока не вижу… Сейчас вижу, что я одна из них, но я побольше размером, и я стою на возвышении и наблюдаю за их работой. Я руковожу строительством этого здания. Я как архитектор или кто-то такой, который смотрит, правильно ли они укладывают. В руках что-то типа чертежа.

Это строится все очень быстро, прямо на глазах. Я смотрю на чертеж. Это сооружение в виде пирамиды какой-то. Но не заостренной, а из трех ребер из этих плиточек.

Я, вроде как, женская особь. Я больше ростом и выгляжу я иначе. Если на этих мелких человечках на голове два заостренных угла, то на мне он один. Я как какого-то другого вида… Те человечки, как работники, а я другая. Они, как рабочие, а я, как ученый. Я женщина явно. Но это не мой проект. Не я его придумала. Придумали его группа ученых, архитекторов.  Я в этой группе отвечаю за строительство. Для чего это здание? Пока не понимаю»

Смотрю более раннее время

«Я вижу себя девочкой. Мы живем где-то высоко. Я бы сказала, в горах, но это не горы. Выше где-то по поверхности. Как холмы какие-то. Они красные. Я смотрю, эта планета красная. Не то, чтобы совсем красная, а цвет кирпичный какой-то. Где-то мы на холмах живем. Там какая-то растительность есть, типа деревьев, но тоже какая-то коричневато — красноватая.

Мои родители достаточно (не знаю, как правильно сказать) знатные люди. Но там нет слова «знатные». Что-то между знатные и ученые. Развитые какие-то… Но развитые не в смысле, что они такие родились, а они себя сами развили.

Там любой житель может развить себя, и вот это развитие отражается на их внешнем виде. Как у нас образование. Там у них это видно. У них внешность меняется. Они становятся выше ростом. И у них количество углов на их теле уменьшается. Я вообще вижу один только угол над головой.

С земной точки зрения их трудно описать. А вот с той точки зрения я вижу, что они красивые. Они достаточно тонкие, стройные, высокие. У них нет, как у нас, фигур, талия и что-то такое. Они просто прямые, но какие-то они изящные.

Они тоже когда-то были такими же маленькими и угловатыми, как те, которые строят, но они себя развили. По мере развития тело вытягивается (я даже не могу сказать, что это тело), становится другого цвета.

Ощущение, что маленькие существа из толстого металла, какого-то грубого, а высокие, они становятся из какого-то тонкого металла, более светлого. Как золотой лист, какой-то такой металл становится, и светлеет, становится ближе к серебристому цвету.

У них нет чувства превосходства над другими. Потому что те, которые строят, они тоже могут стать такими, как они. Любой может стать таким»

Вторжение

«Происходит вторжение на эту планету. Я вижу разрушение наших пирамид. Эти пирамиды — это какие-то сооружения. Они не для жизни. Это какие-то сооружения для улавливания или отражения чего-то, с Космосом связанное что-то. Они не жилые. Внутри есть какая- то небольшая полость для какого-то оборудования. Как будто  именно по ним нас как-то и определили. Они что-то излучали, а те, кто вторгся, уловили эти сигналы.

Вижу, приземляются какие-то корабли (Боже мой, это же не моя тема совсем!)

Выходят какие-то большие существа, темного цвета, крупные. Как, я бы сказала, в латах. Но это не латы. А из чего-то такого темного они сами. Вооруженные. Видно, что агрессивные.

Мы этого не понимаем. Потому что мы мирная планета и мы, как архитекторы какие-то. Мы чего-то строим, анализируем, придумываем, объекты разные.

Мы даже и не знаем, что существует что-то плохое. Мы видим просто, что они не такие, как мы. И мы, удивлены, конечно. Но встречаем их, и не ожидаем никакой опасности.

Они начинают убивать нас. Я в этот момент нахожусь позади других. Вперед вышли старшие, мои родители. И их просто мгновенно убивают. Перерубают как-то. А мы даже не убегаем. Потому что не понимаем, что такое бояться. Нет у нас этого. Они убивают старших. А нас хотят использовать, чтобы узнать, кто мы и чем занимаемся.

У нас заготовлено много плит для строительства. Они не понимают никаких объектов этого строительства, а плиты им нравятся. Они отшлифованные. Они смотрят на них. Им это кажется, как каким-то украшением. Блестит, красиво.

Общаться мы с ними не можем и не понимаем, что они хотят. И они не знают, что с нами делать. Они разрушают все наши сооружения. Просто все ломают и крушат. Много пострадало тех, которые строили. Они крушат, не разбирая никого.

А меня забирают к себе на корабль. Я как женщина. Как это сказать? Там это совершенно не видно. Но по энергетике это что ли как-то чувствуется. Я чувствую, что я очень красивая женщина там. Хотя там даже этого облика близко нет. То ли от меня эта энергетика идет и они обращают на меня внимание. Я такая, как если бы негры увидели блондинку. И они меня забирают на корабль. Я какая-то утонченная, на их взгляд.

Они забирают меня не как архитектора, а как женщину, по их меркам. И они меня там насилуют»

Рождение ребенка

Рождение ребенка

«Чувствую, что у меня внутри что-то ломается. Я оказываюсь беременной.

Начинаются роды. Они не такие как на Земле. Там все по-другому. Тело как бы разделяется на 2 части. И с нижней части тела откидывается как крышка наверх.

Я понимаю, что ребенок – мутант. Они большие и ребенок какой-то огромный. И потому моя нижняя часть рвется, что-то идет не так, как должно. Крышка, которая откинулась и лежит у меня на груди, давит меня. Мне страшно и жутко, кого я рожу. Я вижу, что там появляется что-то черное.

И им этот ребенок-мутант тоже не нужен. Потому что непонятно, кто и что. Им надоело смотреть, и его выдергивают из меня. У меня ужас. И я как будто этой крышкой пытаюсь закрыться, чтобы ничего не видеть.

Я в таком ужасе от всего этого! Меня просто давит. Я представляю, что и как дальше. Я не хочу жить. Смертью, как таковой, там можно управлять. Тела очень крепкие на самом деле. И я бы не умерла. Но я отключаю себя.

Я решаю, что надо уходить, бросить все это и все. Такого ужаса я не переживала. У нас другая цивилизация. Я выбираюсь через рот, как Душа. Смотрю на тело. Оно растерзанное все. Хочется откинуть назад эту крышку и хотя бы прикрыть всю эту нижнюю растерзанную часть тела. Но я уже не могу этого сделать.

Очень тяжелое ощущение, глядя на свое тело.

Ребенка выкинули в угол. Он наполовину как паук какой-то. Он жив. И он нормальный. Но его выбросили, потому что он не такой, как другие. Я вижу этого ребенка и понимаю, что он нормальный. И у меня появляется желание вернуться в тело. (Я в сеансе плачу) Но я уже не могу. Вернуться нельзя.

Мне очень жалко ребенка. Он не такой. Он смесь разных цивилизаций. Непривычный для нас. Он не урод. В нем и мое есть и от этих существ. Что-то такое переплетено. Но я вижу, что он нормальный ребенок. Причем он очень умный. И он многое понимает, несмотря на то, что он только родился. И он не понимает, почему его так отбросили, отшвырнули. Что такого он сделал?

И я сейчас чувствую, что я поторопилась. Я подумала о себе, я не подумала о нем. И он теперь никому не нужен. Я бы еще позаботилась о нем, попыталась. Там одни мужчины. Он тоже мальчик.

Я вижу его дальнейшую судьбу. Он будет расти, и он будет там изгоем. Он сильный и крепкий по здоровью. Они не убили его. По принципу выживет, так выживет.

Он выживет, но очень тяжело все у него. Он изгой полнейший. У него только я была бы поддержкой. Я бы осталась там жить. Вижу, что этот ребенок – это мой сын в этой жизни»

Как должно было все сложиться

С уровня Души я вижу, что моя жизнь была запланирована совсем иначе.

«Я решаю остаться жить. От меня все отстали. Я слышу, что этот ребенок плачет. Я понимаю, что ребенок жив и плач очень отзывается во мне. Я не могу его оставить. Я с такой планеты, где не могут никого бросить. И я иду к нему.

Мне сначала было страшно. Он был какой-то липкий. Сейчас я вижу его, как что-то типа осьминога и голова. Ноги – руки, как осьминог. А голова, я вижу по лицу, что он нормальный. И он смотрит на меня. И мне его становится так жалко. (В этот момент во время сеанса звонит сын). И я беру его и прижимаю к себе. И у меня к нему любовь. И он счастливый-счастливый. И я вижу, что он добрый-добрый. В нашу планету. Он светлый. И у меня кроме него никого здесь нет. Я смотрю на него и вижу черты нашего народа.

Теперь я не одна. А мои захватчики видят, что я решила о нем заботиться, и они махнули на нас рукой. И я его ращу. Мне очень хорошо. Я нашла себя. Я ращу его по нашим законам. Передаю свои знания. Но он унаследовал способности и другой цивилизации. Он взял все лучшее. Его начинают признавать за его ум. За то, что он знает больше, чем они. Он легко осваивает их язык. Я через него начинаю общаться с ними.

Меня привозят обратно на мою планету. Я забираю его с собой. Он как будто объединил нас. Они через него, общаясь со мной, стали понимать нашу цивилизацию. Стали меняться в лучшую сторону. Узнали то, чего не знали. Я узнала зло, а они узнали добро. Они узнали, что нас убивать не за что, поняли, чем мы занимаемся. Это объединило нас.

Мы ищем, какую пользу мы можем принести друг для друга. Они — большая сильная цивилизация. И они стали нам помогать с добычей камня. А мы — применять эти технологии по строительству. И мой ребенок объединил нас. Поскольку он наполовину их, а наполовину наш.

А я души не чаю в этом ребенке. И его признали все. Он живет со мной. Он наша связка с той цивилизацией»

Если так было запланировано, то что же я сделала не так? Где совершила ошибку? В чем моя ошибка? Я должна понять ее, чтобы осознать.
Только так я смогу исцелить эту ситуацию, застрявшую в моих тонких телах и проявившуюся в этой жизни.

Я подумала только о себе. Я не подумала о том, что необязательно быть на кого то похожим. Нужно видеть суть того, кто родился, а не свои суеверия, что он не такого цвета, как я. Не туда надо смотреть. А там был страх, что он не такой. Я подумала только о себе.

 

Связь с этой жизнью

В той жизни, во время рождения ребенка на меня встала эта плита. Я увидела тот момент, когда я решила принять смерть, и умерла с этой плитой на груди. Я на тот момент отвергла ребенка за то, что он не такой, и ушла из жизни, не приняла его и всю ситуацию. И эта плита так и осталась.

В этой жизни повтор ситуации. Я притащила эту плиту с собой в эту жизнь, и она перекрыла чувства в момент рождения сына. И он злиться на меня и постоянно требует внимания, потому что не чувствует его внутренне. Потому требует этого внимания в моих внешних действиях постоянно. Хотя бы таким образом пытаясь почувствовать энергию матери.

Избавление от плиты

Провожу сеанс исцеления.

Убираю:

  • эмоции ненужные,
  • чувство вины,
  • убеждения, что я не успела, сделала зря,
  • чувства потерянной возможности, то что я недолюбила, не дала этой любви,
  • прошу прощения у ребенка,
  • восстанавливаю свои части души в моменты изнасилования,
  • возвращаю утерянные фрагменты душе ребенка,
  • очищаю все тонкие тела.

Результат

Этот сеанс я делала достаточно давно. Хорошо, что сохранилась запись, и я подняла ее, чтобы написать статью. Честно говоря, я даже и забыла, что была такая проблема. На сегодня ее нет. Когда мне нужно заняться своими делами, я просто прошу сына меня не беспокоить.


  Напишите, был ли этот материал для Вас интересен.

Поделитесь своими впечатлениями.


Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Комментарии:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Группа в Контакте